— Это, кажется, к тебе…

Рон обернулся в указанном Нэнси направлении и увидел несколько автомашин. Из каждой выходило по несколько человек. Рон, как и Нэнси, уже не раз видевшие такую кавалькаду, сразу поняли, кто это — бывшие церберы, так и не сумевшие вернуться в прежнее состояние.

Почти все легионеры, рекрутированные с Ра-Мира, вернулись обратно на Цербер. Поначалу это был небольшой ручеек, который очень скоро перерос в настоящую реку. Случалось, что они возвращались целыми сотнями, даже места всем в шаттле не хватало.

Дошло даже до того, что в Легион желали завербоваться совсем юнцы, наслушавшись рассказов о Легионе и тоже пожелавших стать бесстрашными легионерами. Но этих романтиков Рон заворачивал без всяких разговоров.

И вот теперь снова небольшой ручеек, всего полтора десятка, но лишь потому, что это одни из последних. Вероятно, они продержались так долго только потому, что их удерживали дома насильно. Не удержали.

Легионеров провожали родные, заплаканные матери, хмурые отцы. Они в последний раз умоляли своих сыновей одуматься, но те никак не реагировали на мольбы, с жадностью глядя в сторону шаттла, желая как можно быстрее оказаться среди себе подобных.

Бывшие легионеры, наконец избавившись от объятий родных, быстро построились и строевым шагом двинулись к Финисту. Не доходя десяти шагов, они как один преклонили колено, и самый старший и главный произнес:

— Примарх, просим твоего дозволения вернуться в Легион.

— Это ваше окончательное решение?

— Так точно, примарх! — хором ответили пятнадцать человек.

— Дозволяю.

— Благодарим, примарх!

— Идите на корабль. Там вас разместят.

— Слушаемся, примарх!

Легионеры, встав со счастливыми лицами, также четко зашагали к кораблю, едва сдерживаясь, чтобы не побежать, в страхе, что шаттл может улететь без них.